 |
 |
|
 |
| |
|
 |
|
|
Февраль - Классики и современники. "Я сделал это из любви к Веничке" - 2004Презентация переведенной на латышский книги Ерофеева в поезде Рига — Петушки
Задача из легких
— Книга написана 37 лет назад и переведена более чем на бы даже на корейский... Чрезвычайно тяжелая для перевода вещь, этим интересна.
Я не профессиональный переводчик, сделал это чисто из любви к Веничке. латышской около 370 страниц: сам текст — 140, остальное — послесловие, интервью с «безумной поэтессой» Ольгой Седаковой, одной из поэмы и писателя.
После этого интервью я сделал статью о Веничке, перевел небольшой кусок из «Москвы — Петушков» задумался: а возможно ли перевести целиком? Все мои знакомые, те, кто читал «Москву — на русском, сомневались.
Признаюсь честно: там вещи, которые так и не удалось на латышский язык. В частности, такое простое русское слово, как «хреновина». Пришлось опустить это место.
А на переводе такого пассажа — «Идет как пишет, а пишет, как Лева, а Лева пишет х:во» я просто загнулся. что буду делать с этим, то сразу будет видно, что я хотел, этого не было видно. Но в целом то, что я сделал, лучше английского и немецкого переводов.
Прелесть «Москвы — Петушков» том, ее можно читать как отсебятину, можно как литературное произведение, а можно видя, за каждым словом стоит цитата. Если о русской литературе, то вплоть до авторов XVII века. А если о мировой, то сплошные отсылки к Библии, Сервантесу, Рабле, Стерну... В общем, я сказал бы, что для меня «Петушки» — эпоха!
Шмига это шило
— Мне самому нравятся вещей, которые я ввел в латышский текст. Например, в самом конце, где речь о «шиле»: «Они вонзили мне свое в самое горло». А до все время говорится о ножичке. же как у Достоевского в «Идиоте» Рогожин о Такой же «ножичек» у Ерофеева, который ссылался на Достоевского сплошь да
если арго 60-х, то у моряков, блатных питье, спирт. «Пойти за шилом» — пойти за выпивкой. Я нашел у Мюлленбаха странное древнее латышское «шмига» — это нечто кола. В молодежном сленге оно означает «питье». «Быть в шмиге» быть пьяным.
вот немецкий переводчик придумал ссылку Сталина, что тот до семинарии, будучи сапожником, работал шилом.
Я сейчас редактирую Блаженного Августина. Латыни я не знаю, поэтому сравниваю текст с английским, немецким переводами. перевод конца XIX века — замечательный. И когда я читаю Августина по-русски, то чувствую, насколько интонация этого перевода близка интонации Венедикта Ерофеева.
Это уникальная интонация, не дается просто так, а требует цену Которая дается кровью, это звучит немного пошло. Кроме проблем перевода или иного слова или выражения существует перевода авторской интонации, проблема Прозу Ерофеева узнаешь сразу.
Вот была одна из самых сложных переводческих задач. Зато я думаю цитатами из Ерофеева. тихо смеюсь про себя, когда слышу знакомые обороты.
Например, в одной записных он записывает выражение Анненского «тоска очень предсмертной муке Христа. Собственно, в вечном поезде Москва — Петушки — это есть Христа на Голгофу.
языка
— Что, кроме «Петушков», тебя еще манит из русской литературы?
— Переводил прозу Пятигорского. Хочу перевести — прозу. И «Лето в Бадене» такого автора, как Леонид Цыпкин. книгу Сьюзен Зонтаг включила в десятку лучших книг ХХ века.
был патологоанатомом, который по вечерам писал в тумбочку. Книга вышла в три года назад, а написана в 80-х. Превосходная проза дневникам жены Достоевского. Там автор тоже едет поезде. поезд стоит — написано обычной прозой, а поезд идет, текст становится ритмизированным.
Замечательно интересная задача для переводчика! Думаю, ребятам переводить Бродского или Цыпкина трудно. Им нужно переводить словарям, а я могу по опыту. Это дает мне возможность перевести, понимая, чем идет речь.
Думаю, что западные переводчики «Москвы — Петушков» толком не поняли, над чем смеяться. Или, лучше сказать, не поняли, «о выпить».
— Назови, пожалуйста, в латышской прозе тот родник, к припадаешь, ведь как обойтись языка!
Я бы назвал Визму Белшевицу. И все. У нет ни одной претензии к языку. А отношению к другим я чувствую несогласие. Хотя, может, они и правы по-своему. А Белшевица, на мой взгляд, настоящий канон современного латышского языка.
говорить о классике, то я И Яунсудрабиня, и Блауманиса, и даже Лациса: в на этом не жалею. кажется смешным, но равно люблю.
для языка
— Сегодняшняя литература построена на на оглядке и опоре на уже созданное. Ты видишь авторов, которые в своей или просто необразованности являют собой незамутненный свежий
— Ты правильно употребил слово Я с могу написать что-нибудь свое, потому что когда я или записывать свои мысли, то слышу, что это мое. Вот это сказано это Пятигорским. То есть я уже нахожусь в несвободы несвободы, выбранной Я не могу уйти от своей судьбы, своей зацикленности на языке, на цитатах. Могу только завидовать молодым ребятам, которые могут что-то бы от себя.
Кстати, и в одном интервью вопрос, есть в современной нечто, что можно читать, что — нечего. «Вот если только культуртрегеров» — называет академиков Гаспарова и Аверинцева.
Стоит почитать книгу Гаспарова «Занимательная — такой русский Или Аверинцева. Ведь язык в каждое время место пребывания. То в лагерях, а то в академических кабинетах. Муза равно находит себе
у русского дела идут не очень, он очень обеднел, потому поколение Ерофеева и академиков словесности упомянутых, еще назову Топорова, Бибихина) умерло. никто из идиотов-постмодернистов не может их
Хотя люблю личность Сорокина, он и — несравнимые величины. И Левкин, и ваши коллеги — это все ребячество. А Ерофеев — это голос языковой совести. Благодаря ему я тоже слышать ложь...
Поездке в Петушки — Гайлиши, станция Криевупе, позавидовал бы сам Веничка. вагоне под гармошку семечки, распивали кто во что и весело В Гайлиши латышские артисты читали русские стихи, употребляя ненормированную лексику. Народ покупал только что отпечатанную потом, мирно, громко советские песни, вернулся на поезде в
* *
Простое русское слово «хреновина» Улдису Тиронсу так и не перевести на
Как нож превратился в шило.
всегда найдет себе место — в камере или кабинете, все равно.Читайте также:
|
|
|
|
|
